Кресение

Кресение. Общий подход. Основные понятия

 

Прежде чем говорить о профессиональных вещах кресения, типа устройства западка или техники зерцал, нужно сказать об общем подходе:

1)  Первое – Искренность. Не честность, а искренность перед самим собой.

2)  Душевная беседа. Просто нормально поговорить с человеком – уже половина дела – поговорить, послушать. И ни в коем случае не создавать искусственных условий, если это психически нормальный человек. Но как только ты почувствовал, что тебя берут за профессионала и приходят специально сливать, тут же надо стать профессионалом.

3)  Профессионализм предполагает, что ты находишься в состоянии зеркала, то есть отражаешь то, что перед тобой и не ведешь никакой активной работы. Человеку надо – пусть он и работает.

Ты всегда работаешь на охоте кресника, то есть до тех пор, пока у него есть желание  исследовать себя. И ни в коем случае не ведешь его своими вопросами.

Хотя со стороны может сложиться такое впечатление, что кресник идет по вопросам кресного. А на самом деле все вопросы кресного вытекают из слов кресника, по  сути, ты спрашиваешь только о недосказанном. Он пришел, он хочет найти причину своей боли, он начинает рассказывать о ней. Только он знает эту причину, но скрывает ее от себя.

И вот, когда он рассказывает, ты наблюдаешь за потоком его мыслей и отслеживаешь провалы, разрывы, сбои в логике и задаешь вопросы о том, что в этих  дырах. Естественно, что кресник меняет вслед за твоим вопросом  направление своего движения и идет в провал. Но это не ты его туда направил, это всегда его решение. Ты же только указываешь на этот провал.

Душевная беседа всегда очень ленивая, за чаем.

4)  Кроме зеркального состояния ты к тому же постоянно отслеживаешь, как кресник разматывает свой клубок судьбы. Твоя задача удержать его в таком состоянии, чтобы клубок разматывался самокатом. Это как раз видение провалов.  Это искренность.

 

Основные понятия

Основные понятия кресения :

1). Щепать надо по лучинам, ни в коем случае не позволяя себе разворошить

сразу несколько лучин.

2). Каждая лучина щепается до сучка.

3). Сучок – это то, что нельзя отщепить, это 3% противоположного. Сучок щепается сам, как лучина, до своего сучка, до своей противоположности.

4). Человек, – точнее, человеческая личность,  рассматривалас в традиции очищения как полено,  которое должно быть спалено в огне Креси.  И жечь его надо до тех пор, пока не останется одна головня, то есть та часть твоей личности, которая доступна очищению.

Полено – это набор из целого ряда личин, одна из которых является болезненной, то есть корневой для всего полена. Это и есть головня, иначе порча, иначе злой дух, которым ты одержим. Но чтобы добраться до головни, нужно очистить с полена все перья – ощепать все лучины, то есть сопутствующие ему мелкие личинки. Только после этого можно приступать к головне. Но это особая тема – Зерцало.

5)  Для того, чтобы выйти на головню, то есть на Зерцало, надо разобраться со всеми лучинками вокруг нее. Но это другая работа, это Тропление, или распутывание набродов ума.

Распутывание набродов – более важная и объемная работа. После того, как сделано тропление, ты можешь назвать имя этого духа, головни. Тем самым и порча эта будет значительно ослаблена, даже если ты не успеешь сделать зерцало, ты уже хозяин этому врагу, хотя враг еще не убран из тебя, но он уже виден и управляем.

Поэтому первая задача – это поиск имени злого духа, а для этого ты должен понять, что лучина – это перья, они облегают головню в какой-то системе, в связи, они все в связи друг с другом. И чтобы распутать ее, нужно освоить:

6). И науку мышления,

7). И искусство самоката, то есть искренности.

 

Кресение – Печище

Печище –  выжженная земля, на которую селится семья. То есть, это пространство, отвоеванное у хаоса (леса) как твое, с него и начинается расширение творящегося мира.

Так же и в сознании. Крес выжигает первый гвор – объем свободного или твоего, управляемого сознания. Он и называется Печище.

Печище постоянно расширяется по мере продвижения Кресения.

Кресение и целеустроение

Первый уровень кресения – это иссушение западков – Зерцало и Беседа.

Второй уровень – это распутывание набродов, соответствует науке мышления или хитрой науке.

Третий уровень начинается, когда ты распутываешь наброды с отпусканием. Это уже работа над определением своих настоящих целей. По мере того, как определяются настоящие цели, все остальное теряет ценность, и ты получаешь возможность его отпустить. Без Целеустроения – это практически невозможно.

Самонаблюдение – язы

Самое главное, чему надо научиться для работы над собой и очищения себя – это искусству самонаблюдения.

Что такое само- и что такое  наблюдение?

Наблюдение  – это  определенным образом направленное  внимание.

Само – означает, как кажется, обращение внимания на себя, но на самом деле, никакого определенного я у начинающего  еще нет, есть  многочисленные и разнообразные проявления личности, за которыми это «Я» и прячется. Еще очень  нескоро  удастся в него  погрузиться, как в нечто самостоятельное. В начале же  придется долго и методично счищать с себя многочисленную  личностную  шелуху. Причем, шелуха эта, которая вначале ощущается твоим «Я»,  практически вся окажется чужеродной. И даже то,  что явно  вроде бы создана твоими решениями, имеет чаще всего чужие корни.

Итак,  на первом этапе самонаблюдение есть направленное внимание на проявления своей личности. Когда-то потом оно станет осознаванием своей сущности, а потом – просто самоосознаванием.

Такое наблюдение за личностью имеет целью очищение от  чужеродного в себе, а это значит освобождение от личности ради  высвобождения сущности, то есть,  той части личности, которая без  помех ведет тебя к достижению твоих настоящих целей, то есть, к твоей Победе.

Но просто наблюдение очищения не даст. Для  этого потребуются специальные знания, которые и будут даваться на Кресении, Целеустроении и Науке мышления.

Самонаблюдение требуется для того, чтобы собрать материал для полноценного Кресения. Поскольку выкресивается твоя личность, то ее-то и надо  знать до  тонкостей.

Для этого применяется  метод расстановки Язов.

Язы (или Езы) – это ловушки, которыми перегораживается вся река твоего мышления. Они устанавливаются в ряд и полностью отслеживают происходящее в нескольких определенных струях. В простонародье Язы – (ловушки для Я или Азов) – называются узелками на память. В колдовстве они же назывались Наузы. И это действительно один из видов наузов.

Заметив какую-то неловкость в своем поведении, ты  не отмахиваешься теперь от нее и не пытаешься больше скрывать, как делал всю жизнь, чтобы выглядеть умнее. Ты принимаешь решение докопаться до причины этого сбоя и помехи. Но «зверь», мешающий тебе, прячется где-то в глубине леса – твоей сложной личности. Его надо выследить, а уж потом добывать.

Добывать зверя может только охотник, для этого  у него есть оружие. У тебя же пока оружия нет, поэтому ты только готовишься к охоте и постоянно отслеживаешь, в какое время, в каких местах, при общении с какими людьми, во время каких дел или действий высовывается этот зверек.

А, заметив, – отмечаешь это для себя – лучше всего, если ты научишься вести записи, типа дневника. Это сильно облегчит в последствии работу с освоением кресения.

Подобные узелки на память, язы, надо ставить на несколько самых  неприятных для тебя проявлений личности. Поскольку личность нацелена на то, чтобы  стать победителем, то это надо использовать и убирать с помощью ее силы то, что заставляет тебя проигрывать, не дает побеждать.

Не надо ставить слишком много язов сразу. Все равно это работа надолго. И целеустроение и наука мышления будут в каком-то смысле развитием  все той же дисциплины – искусства самонаблюдения и отслеживания внутренних помех.

Язы – имя

При  постановке язов принципиально важным является момент, когда ты можешь дать своей проблеме Имя. С этого момента узнавание и отслеживание этой помехи будут идти практически автоматически.

Язы

Яз – это всего лишь ловушка. Условно говоря, узелок на память, который ты решаешь зарядить на отслеживание или отлавливание каких-то своих проявлений. В сущности, он есть решение. И если решение принято, разум его исполняет с той или иной степенью точности. Зависит это от того, насколько ты хочешь, чтобы это отслеживание шло.

Когда самопознание становится сущностным, отслеживание идет неукоснительно, и ты замечаешь, что нужное тебе проявление выявилось прямо в миг его проявления. Когда же самопознание для тебя вещь вторичная, яз все равно заметит, что что-то проявилось, но ты вспомнишь об этом задним числом. Потом, после главных действий. И этого достаточно, чтобы заняться очищением. Так что яз в любом случае полезен, пока ты его не забудешь.

Но яз не убирает помеху, и не ловит ее, как мышеловка мышь, то есть убивая. Яз всего лишь показывает: вот опять у меня проявилось бабство, или желание облокотиться, или желание сделать кого-то виноватым. Он всего лишь отмечает проявления нежелательного. Не более.Далее уже твой выбор: жить, зная, что у тебя это есть. Или же убирать. И если убирать, тебе всегда придется идти в прошлое, а точнее, к источнику или корню болезни.

Кресение.  Язы

Задача кресения  – размотать нить судьбы до очередного узла, западок ли он, залом ли. И распутать его так, чтобы вся эта нить стала тебе доступна. И так всю свою прошлую жизнь, а, может быть, и многие жизни.

Что применяется для этого?

Первое, чему должен научиться, чтобы хорошо выжигать из себя сор, –  это быть вопрошанием. Называется это – ставить язы.

Что это такое? Расставлять вопросы, ответами на которые могут быть только жизненные ситуации. Например, ты задаешься вопросом о том, что тебе не хватает силы. И теперь ты всю текущую перед глазами жизнь исследуешь с точки зрения слабости. Неожиданно все (практически все) твои жизненные ситуации становятся ситуациями слабости  силы. Это не мистика. Просто все можно рассмотреть в любом языке (язы). И поскольку в любой точке вселенной есть вся вселенная, то в любом случае найдется проявление и слабости  силы. Вопрос только в том, насколько велика доля именно этого в нем. Но это не так уж и важно, будь она хоть 1%, она есть. ….

Итак, ты ставишь один яз или несколько. И ходишь с ними по жизни. И жизнь тут же начинает наполнять твои ловушки уловом. Она дает тебе море случаев и море материала для осмысления. Как только такой случай произошел, ты высвобождаешь ловушку  ты записываешь или рассказываешь его. И ты говоришь, говоришь и говоришь об этом со всеми, или пишешь и пишешь, пока не начнешь повторяться, то есть ходить кругами.

Но ты продолжаешь и после этого, и тогда неожиданно или появляется боковой ход (то, что подавляется воспитанием, вдруг прорывается в твое внимание), или же повторы начинают звучать как-то уж очень характерно. Это звучание есть имя духа, которым ты одержим, иначе говоря, ты узнал след зверя, и теперь знаешь, на кого охотишься. Теперь можно найти и логово. Все это называется Тропление или распутывание набродов ума.

Расстановка язов – это один из способов кресения. Он помогает осознать, «отловить» необходимые мысли, которые характеризуют с различных сторон личину (способ поведения), которую необходимо исследовать.

Чтобы понять, как работает яз, необходимо немного рассказать о мышлении. Ведь в мышлении жестко закреплены способы поведения, которые мы исследуем, и которые используем неосознанно. Задача любого способа кресения – вернуть осознавание в ту часть своего сознания, где его не стало по разным причинам. А вернуть осознавание – это значит выйти в разум и решить самому – нужен ли тебе такой способ или нет.

Основное, что нам необходимо знать для видения язов, это то, что наше мышление – поточно. Оно постоянно куда-то стремится, как река. Кстати, мазыки называли этот поток рекой. Отсюда, вероятно, и произошло слово «речь».

И вот эту реку мыслей, которые проносятся в нашем сознании очень быстро с ходу сложно осознать – слишком большая скорость. Тем более, осознать какую-то одну мысль и проследить за ней до конца. А именно это нам и надо, когда мы исследуем причину нашего поведения.

Для того, чтобы научиться осознавать свои мысли и доходить до «корешка» своего поведения, старики-мазыки придумали различные приемы и взяли их из тех областей жизни, которыми они занимались – охота, рыбная ловля.

Один из них – это «тропление» – поиск логова зверя по запутанному звериному следу, или, если перевести на работу с сознанием, распутывание набродов ума.

Сейчас мы не будем подробно останавливаться на изучении этого приема кресения. Об этом – отдельный разговор. Общего представления о троплении достаточно, чтобы понять прием расстановки язов, так как именно с помощью язов и идет целенаправленное тропление к неосознанной части себя, или к «логову зверя», где хранится причина изучаемой личины. И причина эта – боль.

Когда «болит», тогда, проще тропить к логову зверя – ты описываешь эту боль и проясняешь, что тебя к ней привело.

А вот что делать, когда «не болит»?Вот тут и нужны язы.

 

Язами на Верхней Волге называются специального вида ловушки, которые ставятся на рыбу. Ставятся они так: небольшая речка перегораживается камнями или кольями – своего рода частоколом. В частоколе оставляются дыры, а в них ставятся верши, «морды» – плетеные из лозы ловушки типа корзин, с широким входом и узким выходом.  Верши эти – вытянутые и длинные, метра полтора.

Язы расставляются в местах, где течение реки замедленно.  И когда ты вставляешь несколько таких ловушек, а все остальное перегорожено, естественно именно в этих дырах течение становится быстрым. Рыба подходит, ее вносит в ловушку течением так, что она развернуться уже не может. И рыболовам нужно только вытащить ее, положить в корзину и унести домой.

То же самое происходит в нашем сознании. Решив исследовать личину, ты начинаешь ее «отлавливать» в различных жизненных ситуациях.

Первый шаг – это надо искренне задаться вопросом. Стать вопрошанием. И тогда вся жизнь станет помогать тебе увидеть проявления выбранного тобой способа поведения в различных случаях.

Ты расставляешь язы – в сущности, всего лишь задаешь вопрос или несколько самому себе о том, что является помехами твоей жизни. Можно сделать таким постоянным вопросом нечто общее – помехи, например, а можно что-то определенное, про что тебе уже говорили люди, а ты за собой не замечаешь.

И жизнь тут же начинает наполнять твои ловушки уловом. Она дает тебе море случаев и море материала для осмысления. Как только такой случай произошел, ты высвобождаешь ловушку – ты записываешь или рассказываешь его. И ты говоришь и говоришь об этом или пишешь и пишешь, пока не начнешь повторяться, т.е. ходить кругами.

Ты продолжаешь «отлавливать» соответствующие проявления личины, пока не обнаружишь «боковой ход» (то, что подавлялось воспитанием, вдруг прорвется в твое внимание), или же повторы станут звучать как-то одинаково характерно. Это звучание и есть имя духа, которым ты одержим. Иначе говоря, ты узнал след зверя, и теперь знаешь, на кого охотишься.

Задача расстановки язов – выполнена. Ты нашел логово зверя – западок – и теперь с помощью «Зерцала» ты можешь освободиться от своей одержимости.

Писанка, как меня учили

 

Кресению первым учил меня Степаныч. Но он мало что объяснял. Он просто беседовал, беседовал и беседовал со мной, применяя самые разнообразные приемы, и учил, просто погружая в них. На второй приезд он прямо с порога засунул меня в глубочайшие зерцала по двум вопросам: «зачем я пришел?» и «почему я сплю?». Причем он сделал  это намеренно жестко, ничего не объясняя. Он просто отвергал все мои ответы, давая их полностью высказать и повторяя вопрос.

Он отвергал и попытки решить этот коан действием. Например, когда я сказал: «Хорошо, если ты хочешь, я уйду», – и  направился за одеждой, он спросил: «Если ты приходил, чтобы тебя выгнали, зачем ты вообще приперся?! Если же тебе хочется, чтобы тебя обидели, чем тебе не подхожу я? Я с удовольствием обижу еще!» К этому времени вопрос «зачем я пришел?» уже так навяз у меня в уме, что я сразу понял его – я действительно хотел учиться у него, но что-то во мне боялось этой учебы и хотело сбежать, а для этого оно искало достаточный повод, качественное оправдание.

Обида незаслуженная, несправедливая обида – это такая заманчивая вещь в этой жизни. Многие ее ищут годами, чтобы с легким сердцем покончить счеты с жизнью за чужой счет.  Кто же не поймет такого  обиженного  и осудит его?! Мне стало стыдно, что меня раскусили, и я остался.

В других случаях Степаныч,  когда я залеплял какой-нибудь личностный  бред      (который он называл патефоном, а я могу назвать программой), просто замолкал и молча смотрел на меня. Я пытался изобразить непонимающего, невинного и требовал  слов и подсказок. Но он молчал, а я чувствовал себя сначала тупым, а потом пришпиленным ко лжи вруном, потому что почти всегда сразу знал, в чем сфальшивил, где был неискренним. Знал, что потом начал врать, пытаясь скрыть это под личиной тупости и, самое главное, знал, что прозрачен и насквозь виден в своем детском упорстве в заведомой лжи. Потихонечку я научился не обижаться на его молчание, а переключать себя в некое рабочее состояние, в котором мог, как бы, отодвинуться в сторону от чувства обиды и стыда и начать рассказывать об этом отстранённо, как будто о другом, чужом, или наблюдал со стороны. Потом начали приходить и, все чаще, проблески того, что это «со стороны» и есть настоящий я, только хорошо забытый.

Но чаще всего Степаныч просто и душевно беседовал со мной, аккуратно подсказывая мне следующие  ходы мысли. Причем, задавая мне вопросы, он никогда не ошибался. Даже если вначале мне казалось, что его вопрос ко мне не относится, и он опускал его, чуть позже я все равно сам вдруг выходил на это.  Позже, сам, научившись вести и беседу, и зерцала – как это все называлось –  я понял, как он  это делал.

Он просто наблюдал за происходящими по ходу моего рассказа изменениями в моем теле и спрашивал о них. При определенном опыте ты довольно просто научаешься видеть, какая часть тела, какой орган отзывается на те или иные слова. Когда же не отзываются физические органы, могут происходить измененные состояния сознания или движение мысли, которые ты сам не осознаешь. Тогда достаточно обратить на такое движение внимание кресника*, и его речь потечет снова.

Но все, что происходило со Степанычем,  была почти чистая практика. Теорию же я познавал уже с Дядькой – он многое объяснил и из того, что делал Степаныч, и показал кое-что новое. Например, писанку.

Мне всегда очень нравилось расспрашивать Дядьку про стариков, которых он помнил и про то, как жили мазыки и скоморохи. Это вдохновляло меня, вселяло силу. Удивительно приятно слышать, что были такие люди, были у нас, у русских, могли творить чудеса, и в прямом смысле, и в смысле отрешенности и приверженности духовному поиску. Появлялась надежда и радостная злость, горы хотелось свернуть. Я буквально плавал в этих его рассказах, тонул. Он смеялся надо мной и называл иногда наркоманом. Это действительно было пьянящим.

Однажды я прицепился к нему с вопросами о том, как были устроены артели скоморохов или ходоков и как шла учеба. Он не часто об этом говорил, но однажды  я прицепился к нему с расспросами о том, а как сами старики работали над собой. Пересказываю, как запомнил и записал несколько лет назад.

-Они работали уже не над собой.

-Ну что, у них не было проблем?

-Нет. Не было. Проблем не было.

-Ну, хорошо. Но могла же неожиданно сложиться ситуация, которую надо было

осмыслить, принять какое-то решение?

-Если у тебя есть мировоззрение, то все ситуации уже решены. Достаточно увидеть ток жизни.

-Хорошо, ты хочешь сказать, что они совершенно ни над чем не задумывались, ничего не осмысляли, что были такие просветленные, что видели весь мир насквозь до самых его глубин?

-Нет. Вот тут нет. Что называется, прозревать мир можно бесконечно, наверное… Это называли «умножать». После того, как кресение и устроение сделано, ты можешь пожинать плоды ума – умно жать. Можно сказать, можешь любоваться тем, как это прекрасно устроено. В общем-то, хоть это и видение, но это очень долго приходит мыслями… в виде мыслей. Значит, ты еще не видишь ясно. Когда сознание совсем ясное, между красотой мира и твоей радостью нет мысли, они переходят друг в друга напрямую. Это, наверное, один из последних язов*, которые ты ставишь – следить, есть ли мысль между прекрасным и твоей радостью. И если она есть, ты спускаешь ее на воду.

-Как, как? – встрепенулся я.

-На воду? Это из колдовства. Когда передают дар, когда старик перед смертью передает дар, а ты не хочешь его принимать, ты можешь принять его на что-нибудь, а потом пустить на воду.

-Не понял. Что значит «принять на что-нибудь» и зачем? Это же что, охота помучиться, как следует.

-Тебе что, дар ни разу не передавали? – засмеялся он.

-Конечно, нет! – засмеялся и я.

-Ты должен это исправить, – пошутил он. – Ну, а если серьезно, то дар передают в руку. Смотря какой, конечно. Но старик берет тебя за руку и отдает его. Это сила, но нужно быть открытым. Сознание правит силой. Если сознание будет закрыто, сила не войдет. Ну, а ты не хочешь – не всякая сила нужна, особенно на нашем пути – многие отказывались от чужой силы. А старику помочь хочется, чтобы не мучился долго. Вот ты и даешь ему вместо руки что-нибудь. Веник, например. В общем-то, все равно что, главное, знать, что берешь, но в руку не впускаешь. Старик успокаивается, а ты идешь к реке и спускаешь в проточную воду, чтобы унесло. Можно и на ветер отпустить, или дать съесть собаке, если на съедобное принял. Но лучше всего – на воду. Водица все смоет.  Вот точно так же можно спустить на воду и мысли. Они ведь тоже сила,  их вода тоже смывает. Я видел, был у нас дедка один, Аркаша, он все сидел на берегу у воды с вилочкой. Мне лет семь было. Со стороны – словно рыбу удит. Я еще совсем маленький был. Мы ходили рядом купаться c пацанами, и я  все время наблюдал за ним. Мы как-то все знали, что ему  не надо мешать, он вроде чем-то важным занят. Некоторые называли его сумасшедшим. Не наши, лохи*. А я помню, что как-то затихал, когда приходилось проходить мимо. И уже несколько раз садился в сторонке и наблюдал.

-И что он  делал?

-Писал вилой на воде.

-Вилами на воде?!

-Вилой, вилочкой. Прутик раздвоенный на кончике.

-Так это может отсюда: Вилами на воде писать?

-Может.

-А как он писал?

-Сидит так и водит, водит палочкой медленно. Потом вдруг побыстрей начнет. Почиркает, почиркает,  опять так плавненько-плавненько поведет. Вот и все.

-Все?

-Изредка булькнет вилочкой. Но редко, я всего раз-другой видел – крутанет вилочкой слегка. Так-то он одним концом водит, а вторая вилочка вверх торчит, а тут крутанет, второй кончик чиркнет по воде вот и все.

-И долго он так?

-Да днями сидел. Я только один раз видел, как он оторвался.

-Почему?

-Почему, – он улыбнулся. – Я тогда засиделся возле него, так что уплыл вместе с его палочкой, а очнулся уже в артели у дедков – семь лет было. На подворье, где маленьких учили. Вот затем и прервался, чтобы меня в учебу определить… Но вообще-то, это ему на воду нравилось, можно – на что угодно.

-Покажи, – потребовал я.

-Ха, – хмыкнул он, на мгновение задумавшись. – Ну, неси вилочку. Поди, срежь палочку такую, развилкой, – он показал два растопыренных пальца.Я поднялся, вспоминая, в каком кармане у меня нож, но он остановил:

-Хотя, стой, пошли!

Мы зашли на кухню, Дядька открыл ящичек горки, выбрал старую, железную вилку с ржавчиной и усмехнулся, показывая ржавчину:- Бабка ее шкуркой почистить додумалась. Он вынул большой темный косарь, которым щипают лучину для растопки и отогнул крайние зубцы так, чтобы они торчали в стороны пошире. Затем вынул из  устья  печи заслонку, повернул к себе обратной стороной и поставил наискосок на шестке, осторожно придерживая левой рукой сверху, чтобы не испачкаться.

Внутренняя сторона заслонки была покрыта ощутимым слоем сажи. Дядька взял вилку как ручку, только выпустил подлиннее, приставил нижний из зубьев к саже и повел линию, одновременно говоря:

-Ну, что мне делать с этим болваном, которого надо учить на доку?

-Может, не учить его, выгнать из моего дома, чтобы он не надоедал мне дурацкими вопросами? Но ведь он не уходит, он дошел до конца и по желанию,  значит, ему это нужно?

-Да и мне это тоже нужно. Зачем?

-А я, оказывается, получаю радость от того, что учу, – и тут он крутанул вилку в пальцах так, что она прочертила полукруг под линией и тут же объяснил,

-Вот тут у меня сбой мысли. Я его почувствовал, но не схватил целиком, не увидел, – и повел дальше.

-И почему у меня произошел сбой, что меня сбило? Может, мне стыдно признаваться в этой радости? Нет. Может быть, мне неуютно от того, что жизнь уже кончается, а я все еще не достиг ясности мышления? Конечно. Хотя это  меня не пугает, я приму смерть такой, какой она придет. Я не боюсь ее. Нет, конечно, нет.

-Я слишком много провел без тела, чтобы это пугало. Но что же тогда? – и тут вилка вдруг  заходила в его руке взад-вперед, постепенно разгоняясь так, что сажа полетела на шесток.

– Но ведь это значит, я еще не смогу уйти без памяти, чисто. Еще же многое будет для меня закрыто, а так хочется, так хочется всего, так хочется войти во все, стать Богом. Нет, какое, зачем, не то! Надо двигаться, надо двигаться, двигаться. А я все еще верю в этих людей, я все еще хочу идти не один, я до сих пор славлю Россию.

-Я вижу, мне нужно избавиться от этого с моим видением. Где же корни, где корни моей веры? В какой веже? И сколько их еще? Но не в этой! Я все еще не свободен.

-Значит,  он дан мне, чтобы я отдал этот долг России, значит, он и пришел сюда за этим, – его рука успокоилась и медленно повела линию по заслонке, – он меня освободит. Он должен меня освободить. Я, обучая его, освобожусь, – кружок, – должен освободиться, – его рука опять крутанулась, замерла в замешательстве и резко зачеркала, соскабливая сажу. – Должен освободиться! Как?

-Все, все говорят, что ее не спасти?! Они не знали! И они все мучались! Черт побери! Вот и пусть докажет, что можно опять или нельзя. Я просто свалю это на него, пусть теперь мучается следующий, а я пошел! Это не так, но пока я отложу, потому что надо заниматься им.

-Прервали, – и он резко отчеркнул свои каракули снизу, и медленно поднял на меня глаза.

Тут его жена, тетя Нюра, вдруг подошла ко мне, поцеловала и, прикрыв рот рукой, убежала из комнаты, точно собираясь плакать. Я проводил ее взглядом и недоуменно посмотрел на него. Он приподнял брови словно сам недоумевал и протянул мне вилку. Я взял ее и почувствовал, что и это тоже что-то странное.

– Говоришь, тебе не передавали еще? – печально спросил Дядька…

А.Шевцов

Понятия, относящиеся к разделу «О духовном очищении»

Грязь — понятие, используемое для обозначения того, что пристало к какой-то вещи (веществу) и является чужеродным по отношению к ней (нему).
Грязь духовного состава человека — всё чужеродное, что вошло в духовный состав человека, что расходится с духовной природой человека, претит ей.
Грязь для души — душевное несовершенство, обусловленное первородной грязью или незрелостью души.
Грязь для сознания — образ, оказавшийся в сознании человека из-за наличия у него душевных несовершенств.
Грязь для тела (створожившегося сознания) — впущенная в тело болезнь или склянь.
Склянь — поражённый участок на теле, образовавшийся из-за того, что в момент поражения человек сдержался и не прожил свою боль.
Духовная нечистота — понятие, используемое для обозначения состояния, в котором человек теряет единство с Богом по причине того, что в нём присутствует что-то, что отделяет его от Бога.
Духовная чистота — понятие, используемое для обозначения состояния, в котором человек в точности соответствует божественному замыслу, когда он таков, каким его задумал Бог.
Духовная чистота для души определяется её зрелостью.
Духовная чистота для сознания определяется его способностью незамутненно пропускать свет души (состояние просветления).
Духовная чистота для тела определяется его живостью.
Очищение — убирание из вещи (или вещества) чужеродных примесей и приведение её (его) тем самым к чистоте (к соответствию исходному божественному замыслу). Это сакральное действо по отделению и освобождению истинного, сущностного от чужеродного.
Духовное очищение — это убирание грязи из духовного состава человека и приведение его тем самым к чистоте.
Духовное очищение души — убирание из души душевных несовершенств и приведение её тем самым к зрелости.
Духовное очищение сознания — убирание из сознания чужеродных образов (созданных или воспринятых человеком под воздействием душевных несовершенств) и приведение его тем самым к ясному, незамутнённому состоянию (состоянию просветления).
Духовное очищение тела (створожившегося сознания) — очищение тела от болезней и скляни, приводящее к тому, что тело оживает, в него возвращается жизнь. Живое тело — вот результат такого очищения.
Дух — «стрелка», которая указывает направление, путь возвращения Домой.
Душа — тонкоматериальное тело, способное отличать сущностное от наносного (чуять), обладающее видением тонкоматериального, способное задавать движение, имеющее свою задачу и каким-то образом связанное с духом (возможно, является его защитной оболочкой).
Видение — способность души воспринимать тонкоматериальный мир.
Пара — вещество, источаемое душой, способное неким напряжением и обрезанием (поражением границ) превращаться в образы.
Сознание — пара, наполненная образами (знанием). Другими словами, сознание есть хранилище образов. Это хранилище имеет устроение, а также механизмы поиска и извлечения содержимого.
Образ — знание, сотворённое из пары неким поражением границ. Образы бывают разного качества, в частности, разной плотности.
Тель — вещество, способное образовать тело и быть оживлённым, одушевлённым и одухотворённым.
Плоть — вещество, которое остаётся, если из тела убрать одухотворённость. Плоть — это, собственно, мясо, прах, падаль.
Ум — способность ощущать плотности образов и стекать с них.
Понятия, относящиеся к разделу « Основы кресения»
Несдержанность — выпускание из себя тех желаний, что были накоплены из-за сдержанности.
Позволение — состояние, когда ты не сдерживаешь (не совершаешь усилия по сдерживанию) свои внутренние душевные движения. Когда ты живёшь жизнью своей души и решаешь её задачи, позволяя её движениям и порывам воплощаться. По большому счёту (в масштабе всей жизни), позволение — это состояние, когда ты позволяешь своей душе вести тебя по жизни. В состоянии позволения ты, не теряя устремлённости своей души, позволяешь миру быть, входить в твою жизнь: например, учить, совершенствовать, очищать, подправлять и пр.
Самокат (клубок-самокат) — один из видов позволения, а именно, позволение душе прийти к ответу на волнующий её вопрос. В частности, на вопрос о причинах возникновения в твоём сознании помехи. Это душевное движение воплощается через речь. Быть в состоянии самоката — значит позволить этой речи прозвучать. Ничего не сдерживая, не обдумывая, катить, как идёт изнутри. Если пойти вслед за желанием своей души очиститься, она приведёт тебя к истокам — развилке, в которой твоя судьба искривилась. В этом случае самокат будет говорением в позволении, ведущим тебя по нити судьбы в прошлое. Самокат можно катить и в будущее.
Иста — образ без наслоений, самая суть, то есть изначальный образ по божественному замыслу.
Вопрошание — состояние, когда человек всецело жаждет найти ответ на главный вопрос самопознания: «Кто я?» Вопрошание идёт от потребности души вернуть себя к исте.
Нить судьбы — цепочка образов, которыми жизнь запечатлелась в сознании (прожитая часть нити судьбы) и которые тебе предначертано и ещё предстоит прожить (будущая часть нити судьбы).
Истина — то, что есть на самом деле (естина). Например, движение, идущее от самой души.
Ложь — плёнки, слои сознания, вложенные между тем, что исходит из твоей души, и тем, что ты выдаёшь наружу.
Лживость — состояние, когда в тебе присутствуют плёнки лжи, искажающие то, что идёт от твоей души.
Искренность — состояние, когда отсутствуют плёнки лжи и душевное движение воплощается в тель напрямую (без прохождения через дополнительные слои сознания).
Осознавание — освоение знания. «На входе» осознавания ты имеешь пустой образ, форму (просто информацию, пустые слова) или ряд непонятно как связанных друг с другом образов. А «на выходе» ты получаешь образ принципиально другого качества. У доселе пустых для тебя слов появляется наполнение, а, казалось бы, несвязанные друг с другом вещи укладываются в цельную картину и обретают смысл.
Кресение (кресенье) — движимая вопрошанием искренняя речь в самокате с осознаванием по ходу, разжигающая в душе очистительный огонь (крес).
Воскресение (воскресенье) — движимая вопрошанием искренняя речь в самокате с осознаванием по ходу, выжигающая чужеродное очистительным огнём своей души (кресом).
Несколько слов о верном употреблении слов «кресить» и «воскресить». Кресить дословно означает «высекать огонь». Следовательно, кресить имеет смысл только то, что способно разгореться. В человеке это душа. Таким образом, кресить можно только душу или в более общем смысле — себя (креситься). Соответственно, и воскресить можно тоже только душу или себя. А вот что касается помехи (духовной грязи), то её в результате кресения можно выжечь или, другими словами, выкресить.
Понятия, относящиеся к разделу «Методика кресения»
Помеха — то, что мешает при продвижении души по своему пути. Причиной помехи является грязь в духовном составе человека.
Гамуха — грязь в сознании, являющаяся причиной обнаруженной помехи.
Исповедь — вид кресения, используемый при работе с помехами, которые вошли и удерживаются в сознании по собственной воле.
Выбор — инструмент прокладывания и изменения своей судьбы. Является проявлением воли человека идти к Богу (через приближение к своей исте) или отдаляться от него.
Решение — инструмент закрепления выборов. Является образом действия, в который вложена сила, делающая этот образ правящим.
Клятва — дополнительное действие, налагаемое на сказанные слова (в том числе и на принятое решение) для того, чтобы придать им дополнительную крепость.
Западок — загрязнение, которое вошло в сознание помимо собственной воли, а именно в тот момент, когда из-за повреждения тела сознание мутилось или была его потеря. Такого рода загрязнения называют западком (охотничий термин, означающий ловушку), потому что сначала в него, как в западню, попадаются чужие «духи», а затем в него как в западню попадаешь ты сам (в те моменты, когда западок просыпается в твоём сознании).
Гвор — пузырь в сознании.
«Чужой дух» — образы, впитанные сознанием во время образования западка.
Сумасшествие — состояние человека, когда в его сознании просыпается западок, а человек этого не ощущает. В этот момент человек начинает жить тем, что «записано» в его западке. Можно сказать, что он теряет себя, свой ум, сходит со своего ума.
Понятия, относящиеся к разделу «Формы работы в кресении»
Писанка — инструмент для самостоятельной работы в кресении.
Душевная беседа — инструмент для совместной работы в кресении с помехами, вошедшими в сознание по собственной воле.
Зерцало — инструмент для совместной работы в кресении с помехами, вошедшими в сознание помимо собственной воли.
Крёсный — человек, который помогает креснику духовно очиститься.
Кресник — человек, который духовно очищается с помощью другого человека.
Зеркало — состояние, в котором пребывает крёсный, чтобы отобразить состояние кресника.
Вершаль — другое название крёсного. Образовано от «вершало» — зеркало. В этом названии подчёркнута главная задача крёсного — отображать, зеркалить (что по-офенски звучит как «вершить»).
Зеток — другое название кресника. Образовано от «зетить» — говорить, обманывать и смотреть. В этом названии подчёркнут способ работы кресника. Во-первых, кресник говорит (очищение происходит через речь). Во-вторых, он говорит так, как всё уложено в его сознании, а значит, в чём-то лжёт. И в-третьих, произнося фразы, он отслеживает в них неточности (ложь) и подправляется с тем, чтобы выйти на искренность и назвать имя своей помехи.

Leave a Reply